Мой народ

Другие народы, душой устремись к небесам,
Ключи подбирают к наукам, иным чудесам.
И, вспыхнув во мраке Звездою, Луной или Солнцем,
Они с высоты дарят свет торжествующий нам.

Им незачем ждать, чтоб с небес снизошла благодать,
Им время дано, чтоб грядущее предугадать,
Впрягая огонь, бороздить небосводы и воды
И жажду познания детям своим передать.

И только казахи собою довольны вполне,
Глядят безучастно, бездумно стоят в стороне,
Живут понапрасну - иные им ведомы страсти,
Безумные страсти ведут их по мутной волне.

Богатства транжиря, богатые рвутся во власть,
Ничем не гнушаясь, - дай властью потешиться всласть!
А прочему люду печальная выпала доля –
Сутяжничать, красть, убивать да судьбу свою клясть!
Так день ото день усыхает, как кожа, земля, -

Из жил ее кровь бледно-серая тянет змея.
А тех, кто когда-то с безжалостной спорил судьбою.
Всех режет под корень серпом роковая жнея.
Чиновники все из себя образованных гнут,

В усердье чрезмерном любого за пояс заткнут.
Мы - гордость народа, мы - цвет, мол, мы - белая кость,
И кроткий, покорный народ подставляют под кнут.
Шакирты живьем загнивают в своих медресе,

Где духом растленья и стены пропитаны все.
Как стая ворон, чуя падаль, гнездо покидают,
Крыла расправляя во всей своей мрачной красе.
Степные красавицы здесь продаются за скот,

И деву иную ласкает беззубый урод...
Но только любовь и за сто кобылиц не получишь!
Зачем же тогда сеять смуту в сердцах и разброд?!
В извечных раздорах и спорах, как в вечных трудах,

Погряз и душою, и сердцем мой бедный казах.
Душа его - сад, но едва распустившимся цветом
Отрадовал он - увяданье лежит на садах.
Неужто казаху задаром вот так пропадать?

Течение жизни его обращается вспять.
Увы, грамотеи, но в этом и ваша погибель...
Ужель, недоумки, и этого вам не понять?